Баннер в хэдере

Человек из переулка

В принципе, он единственный, кто имеет полное право вырезать кривыми буквами на лавочках в центре Москвы «Здесь был Миша». Но он никогда этого не делал, потому что имя Михаила Зуева и так знает здесь каждая собака, впрочем, как и он знает имена всех местных собак, кошек, официантов окрестных кафе и владельцев бутиков до пятого колена.

Мы были обязаны взять у него интервью давным-давно, потому что мы, вообще, обязаны ему очень многим. Ведь это именно он придумал концепцию пешеходной столицы, и с тех пор мы все тусуемся здесь в свое удовольствие.

— Михаил Валентинович, начальство просило меня начать интервью вот таким вопросом. Пять лет назад вы основали движение «Пешеходная столица», с тех пор Москва действительно стала гораздо более пешеходной, чем была. Лучшее подтверждение тому — наша газета. Расскажите, с чего все начиналось?

Но мне интересно совсем другое. Говорят, что вы вот уже двадцать лет приходите в Камергерский переулок, днями напролет сидите в кафе и пристаете к прохожим. Зачем вы это делаете? Можно ли назвать ваш стиль жизни — гений места?

zuev3

— Попадет тебе от начальства за гения, но оба вопроса хорошие. В Камергерском я «поселился», когда работал по соседству в Госдуме. Делать там было, как и сейчас, совершенно нечего, и вместо пыльного кабинета я ходил изнывать от безделья в кафе. Так же поступали и многие депутаты, тем более что переулок тогда только стал пешеходным. Вот я сидел на весеннем солнышке и думал: «Как бы весь центр таким сделать». Это сейчас Камергерский превратился в подобие фуд-корта на открытом воздухе, а в начале 2000-х он был местом элитарным. Знаменитое Саfе des Artistes, бывшее «Артистическое», чего стоило! Как ни зайдешь, обязательно натолкнешься на личность международного масштаба. Я ужинал там за соседним столом с Мадлен Олбрайт и дважды пил вино с Пьером Ришаром. Слушал игру Билла Клинтона на саксофоне, он тогда на вегетарианской диете сидел, три порции печеного болгарского перца съел за обедом.

А года три назад обедаю на веранде в кафе «Чехов», читаю «РБК» про визит в Москву только что назначенного госсекретаря Джона Керри. Поворачиваю голову и вижу, как этого Керри в кафе «Академия» не пускают, мест нет на всю его свиту. Помахал рукой. Он откликнулся, подошел. Потом, кстати, Керри сам заплатил за свои пельмени, скинулся с коллегами.

С кем я тут только не познакомился. Раньше, когда не было Интернета, люди умели общаться живьем. Можно было спокойно с любым депутатом, сенатором или актерам МХАТа поговорить. И никто не стеснялся, не убегал. Все были простые, открытые. А сейчас разучились разговаривать, порыва хватает только фотки в соцсети выкладывать.

zuev4

— Михаил, но у вас же самого сразу несколько аккаунтов? Каждые три минуты там что-то новое о Камергерском или Столешниковом.

— Тоже деградирую. Приходится быть таким же, как все. У меня же тут каждый второй человек знакомый. Подходит, рассказывает новость, я ей делюсь.

Обжираловка на открытом воздухе

 — Сколько вы чашек кофе за день выпиваете? Целый день в кафе — это же с ума сойти!

— Двенадцать кофе и два бокала шампанского в день. Раньше, когда только начинал с друзьями Владиславом Коваленко и Сергеем Минаевым продвигать идею пешеходной столицы, в два раза больше. И ни за что не платили! Когда в 2009 году мы сформулировали пешеходную идею, то нас поддержали все владельцы кафе, магазинов вокруг. Переулок стал большим офисом единомышленников. В 2011 году появилась газета «Камергерский & Столешников». Газета лежала во всех крутых ресторанах, отелях. Мы открыто пропагандировали идею пешеходных зон, развили бурную деятельность по растолковыванию московскому правительству перспектив, с этим связанных. Я лично ходил тут с Сергеем Капковым и объяснял, что Камергерский надо объединить с Кузнецким Мостом в один променад. Он говорил: «Нет, нельзя, невозможно», а потом через два месяца все сделал, как я ему говорил.

zuev5

— Медалью или грамотой вас наградили за это?

— Капкова наградили, и ладно. Мы же не за медаль, мы за город образцового содержания боремся.

Долго боролись с привычкой мэрии высаживать однолетние цветочки. Их же просто втыкают в клумбы и забывают. Поняли, что не победим. Тогда на свои деньги мы купили лейки, раздали их в кафе и договорились с официантами, чтобы они сами следили за клумбами. Знаете, с каким энтузиазмом они все это восприняли?!

— Проект «Активный гражданин» называется, я слышала.

— Вот и молодец, присоединяйся! Мы за десять лет до проекта каждое 9 мая кормили всех ветеранов, кто заходил в Камергерский. Просто беру их за руку и привожу в ресторан. Говорю — они за вас воевали, теперь накормите их по-человечески. Сначала многие не хотят. Но потом понимают, что от них не убудет и угощают стариков блюдами, которые те себе никогда на свою пенсию не позволят.

В прошлом году познакомился так с маленькой старушечкой, под ногами не видно. Она приехала из Пятигорска на День Победы, малюсенькая и никому на фиг не нужна. Разговорились, оказывается, девочкой санитарка была в поезде. Школьницей раненых на себе таскала, поэтому и не выросла. Начальником этого поезда был ее отец, и именно про него Вера Панова написала повесть «Спутник», по которой Петр Фоменко снял фильм «На всю оставшуюся жизнь». А в этот день Якунин и Мединский открывали памятник героям-железнодорожникам. Я взял такси, срочно повез ее туда. Нас долго не пускали. Потом я уговорил мордоворотов-охранников не бояться старушку и позволить пройти ей, как единственному причастному к этому памятнику человеку. Конечно, ни один из тысячи чиновников на нее внимания там не обратил. Лишние ветераны на таких праздниках жизни.

zuev6

— У вас, вообще, какое отношение с мэрией, дружите?

— Гусь свинье не товарищ. Ну, скажите, с какого хрена Департамент культуры, вместо того чтобы защитить, полностью зачистил город от уличных музыкантов и художников? Это же безумие. Кому они помешали, музыканты? Знаете, как все происходит? Полиция прикрывается законом о митингах. Подходят к скрипачу, студенту Гнесинки, и говорят, что он экстремист — собираете толпу, а по закону собираться больше трех нельзя. До идиотизма дошли. Такое впечатление складывается, что их целенаправленно зачистили под ярмарки.

— Не понимаю логики.

— Департамент торговли и услуг заменил городскую культуру бесконечными торговыми ярмарками. Поставил во главу угла ларьки и жратву по высоким ценам. Центр Москвы превратился в один огромный фуд-корт на открытом воздухе. Даже Камергерский и Столешников умудрились сделать проходным двором. В соседних домах квартиры Романа Виктюка, Алимжана Тохтахунова, Андрея Разина, Насти Волочковой. Еще пару лет назад мы тут часто за каким-нибудь столиком встречались, болтали, а сейчас они здесь редко столуются. Не их уровень.

Понимаете, все последние годы мы создавали бренд под названием «Камергерский и Столешников». Занимались его популяризацией на федеральном уровне. Придумали эти пешеходные зоны, и город действительно изменился. Но мы хотели не совсем этого, не за это мы боролись. Наши идеи оказались извращены московским правительством иной раз до неузнаваемости. Центр стало не узнать и в хорошем, и в плохом смысле слова одновременно.

zuev7

Не Третий Рим, а второй Дубай

— Что же вам не нравится? Вот же — ходи, не хочу!

— Мы не сохранили главного — дух города. К сожалению в московской власти подавляющее большинство людей московского воздуха, пока кресло здесь не получили, не нюхали. Они очень любят ездить в Лондон или Париж и восхищаться тем, что они ели в ресторане, которому 400 лет, или покупали шоколад в лавочке, перед прилавком которой стоял Наполеон. Но они чихать хотели на столетние магазины в Москве. На то самое, что и создает неповторимую атмосферу города.

Москва вместо Третьего Рима, древней столицы великого государства, стараниями чиновников столичного правительства превращается во второй Дубай. Город варварски уничтожается, непосильными арендами, идиотскими реконструкциями.

В Камергерском в прошлом году закрыли уникальный букинистический магазин «Медицинская книга», такой крохотный книжный шкаф, встроенный в дом. Там одна пыль в сто раз дороже, чем десять ресторанов. Он был с 1936 года жемчужиной переулка. Но откуда это знать товарищу Собянину?

zuev8

Вот в Столешниковом до сих пор не открыт музей Владимира Гиляровского. Его мемориальную квартиру потихоньку приватизировали и продали. Мы сейчас выступаем за установку в колодце двора памятника этому выдающемуся москвичу. Магазин «Молоко» был открыт на Большой Дмитровке в 1896 году. Квартиру семьи Льва Толстого в торговую лавку превратил купец Александр Чичкин. Каждое утро приказчики устраивали там своего рода рекламную акцию: выходили с бидонами на улицу и выливали в сточные канавы вчерашнее молоко. Так они подчеркивали, что в их магазинах только свежий товар. В 2012 году уникальный исторический памятник разрушили и превратили в банальное кафе.

Пешеходные зоны открылись, но в них некуда глазу упасть. Все целлулоидное, неживое, выхолощенное. Удалось очистить центр от грязи, но вместе с ней смыли и позолоту.

Анна Клепацкая

15.07.2016 г.