Баннер в хэдере

Безудержное веселье

Ассоциация Big Funny захватила Арбат. Почему это уже не смешно — исследует Москва Пешеходная.

 Все 4 пестрых домика на Новом и Старом Арбате с, так называемыми, музеями и аттракционами внутри принадлежат промышленнику и по совместительству бывшему мэру Архангельска Александру Донскому. В Гугле они названы просто — «лучшими в мире». В листовках, которые тут же раздают люди, ряженые в не первой свежести костюмы скоморохов и зверушек, скромнее — «лучшими на Арбате».

С местными развлекухами и заманухами разговор короткий. С одной стороны это хоть и примитивный, но неплохой такой способ «убить» время. C другой — довольно сомнительные предприятия. Аргументируем: к примеру, на «антистрессовом аттракционе Бей посуду!» за 200 рублей выдают 3 тарелки и предлагают швырнуть их об стену, предварительно запечатлев на каждой имя начальника или любого другого неприятного уму и сердцу гражданина. Вот ты их бросил, как смог (уложился в минуту!), и к проблеме с начальником, которая, к слову, никуда не делась, прибавилась новая — ощущение, что только что честным трудом заработанные деньги были выкинуты на ветер.

big-fanny

Или возьмем «Лабиринт в темноте», где посетители бьются об углы и натыкаются друг на дружку в поисках выхода. Походить там, не спорим, интересно — только нужно учитывать, что в замкнутом неосвещенном пространстве рядом с тобой, гогоча, прокладывают себе путь другие (и скорее всего не трезвые) люди. Уворачиваться от их рук — занятие не из приятных (и как будто бы даже не безопасных — в голову сразу лезут разные мысли и тут уже не до развлечений).

В — подчеркиваем! — “Контактном зоопарке» руками нельзя трогать агрессивного енота, пони, змею, хамелеонов, черепах, козла, носуху, обезьяну, шиншилл, попугаев. Не говоря уже о сове, с которой даже селфи не сделаешь. Контактировать в итоге можно разве что с кроликами, морскими свиньями, ежами, сусликами и недружелюбным обиженным на весь мир кенгуру.

«Музеи» же ассоциации Big Funny — заслуживают отдельного внимания и анализа. По словам Дарьи Пыркиной, заместителя генерального директора по творческой и образовательной деятельности ГЦСИ, современный музей развернулся навстречу зрителю, стал местом, в котором комфортно находиться. В каком-нибудь 19 веке на стене «храма искусства» картины висели от пола до потолка (в лучших традициях шпалерной развески) и человеку приходилось, созерцая прекрасное, сильно напрягаться. Сейчас же музей выстраивает навигацию по экспозиции, организует последнюю как структурированную историю, которую зрителю предстоит прожить. «Но в то же время он не расстается со своими изначальными функциями — собирательством и консервацией объектов, которые представляют ценность по мнению экспертов. Существует серьезная фондово-закупочная комиссия, отвечающая за поступления коллекций», — говорит Дарья Пыркина.

Кроме того, «музеи занимаются просветительской и популяризаторской деятельностью», — констатирует Екатерина Финогенова, заместитель директора по коммуникациям и развитию Мультимедиа Арт Музея (МАММ).

В ассоциации Big Funny числится четыре музея — Иллюзий, Внутри человека, Смерти, Эротического искусства. И учитывая все выше сказанное экспертами, только последний («Точка Джи») действительно претендует на почетное звание музея. Здесь можно изучить коллекцию фаллоимитаторов прошлых столетий: под стеклом красуются фаллос из слоновой кости, изготовленный в Африке в 1800 году, и японский «спрут любви» 1930 года. А также поглазеть на работы современных творцов: скульптуру-трансвестита рук Артема Блохина или маленькие статуэтки из полимерной глины «Члены общества» Веры Донской-Хилько (собрание женских и мужских гениталий разных профессий). Причем, в зале работает экскурсовод, с ног до головы одетый в кожу и латекс. Который с запалом рассказывает о каждом экспонате и сыплет интересными фактами из истории БДСМ.

big-fanny-1

Работники музея «Внутри человека», в свою очередь, предлагают посетителю зайти через рот и выйти сами догадываетесь через какой проход. Это место больше напоминает детскую энциклопедию, где примитивным языком рассказываются, впрочем, действительно занятные факты о функционировании человеческого организма (а вы знали, что из всего железа, которое содержится в теле, можно сделать 6-сантиметровый гвоздь? Или что расстояние между вытянутыми в стороны руками — это и есть ваш рост?!).

При этом местечко, прямо скажем, на любителя и находиться в нем не то чтобы очень приятно. Купившему билет предстоит миновать стенки кишечника и все органы («объекты», вроде, большой красной развески легких с натуральным кашлем за кадром — входят в комплект.). Узнать, что «запах ушной серы зависит от национальности», «90 % наших клеток — это грибы и бактерии», «похудеть можно, заведя в своем организме глистов». А сразу несколько залов, посвященных всей правде о метеоризме, точно никого не оставят равнодушным. То есть, какая-то просветительская функция у всего этого есть, а вот искусства — никакого. Следовательно, и музеем такое заведение назвать нельзя.

В неприлично маленьком «Музее смерти» стоят гробы в виде морковки, пульта от телевизора, айфона, а на стенах висят погребальные урны-сигареты. Созерцать которые не смешно, не интересно и даже, пожалуй, стыдно.

Последний псевдомузей — «Иллюзий». Билетер на кассе назвал его «фотопроектом», и не ошибся. Человека запускают в зал с 70-ю изрядно потертыми декорациями и предлагают почувствовать себя  главным экспонатом на выставке — проще говоря, «пофоткаться» на их фоне. Местечко пользуется спросом и неудивительно, учитывая, что Instagram – сейчас самая популярная социальная сеть. Только вот, чтобы сделать здесь более-менее приличное фото, придется сильно постараться. Народу тут масса и в кадр, как назло, вечно лезут чьи-то ноги и руки. Около некоторых «объектов» образуются очереди — приходится позировать на людях, в общем, приятного мало. Кроме того, повсюду снуют измученные сотней дублей мужья, обозлившиеся на них жены, которых «не так» сфотографировали, и уставшие от всей этой суеты дети.

big-fanny-3Ну хорошо, а что насчет современного искусства? Может Big Funny можно причислить к нему? «Я бы не стала называть это современным искусством, которое в первую очередь — искусство, но сделанное в определенный период времени, в настоящий», – отвечает Екатерина Финогенова из МАММа. «В данном случае совершенно не важно какой именно формат выбирает художник, важно содержание, которое он доносит до зрителя. Поэтому сравнивать такие музеи с музеями современного искусства не совсем корректно», — говорит Дарья Пыркина из ГЦСИ.

При этом скидывать со счетов заведения Александра Донского все-таки нельзя. Как явление они появились совсем недавно и ясно дали понять, что на них есть немалый спрос в современном обществе. «Такие музеи — симптом нашего времени, и с точки зрения социологического интереса это феномен, который, я уверена, найдет своего исследователя», — говорит Дарья Пыркина. Что ж, а нам, говоря словами Гюго, остается «никого не осуждать, не вникнув в обстоятельства дела, и проследить путь, по которому прошел грех».

Юлия Чернова

09.09.2016 г.